Пик имени Генриха фон Фиккера. Немецкий след на карте Памира

Пик был впервые пройден в 1928 году во время первой советско-германской экспедиции на Памир.

Пик  имени Генриха фон Фиккера, 6726 метров

С советской стороны были известные личности — Горбунов, Отто Шмидт, Корженевский, печально знаменитый прокурор Крыленко, революционерка Розмирович… Все эти фамилии потом остались на картах Памира.

С немецкой стороны экспедицией руководил Вилли Рикмерс, известный альпинист-исследователь Кавказа и организатор памирской экспедиции 1913 года. Сам Генрих фон Фиккер был одним из главных лоббистов экспедиции 1928 года, хотя и не поехал, зато раньше ходил с Рикмерсом и на Кавказ, и на Памир.

Забавно: кавказская экспедиция Рикмерса в 1903 году впервые поднялась на Южную Ушбу. Генрих фон Фиккер и его сестра Ценци участвовали в той экспедиции, а сванский князь Татархан Дадешкелиани потом торжественно «подарил» Ушбу сестре Фиккера, выдав ей настоящую дарственную.

То есть у семьи Фиккеров оказалось сразу две знаковые горы.

У немцев в 1928-м была небольшая группа альпинистов, которая и сделала основные восхождения экспедиции: Филипп Борхерс, Эрвин Шнейдер, Карл Вин и Ойген Альвайн. Карл Вин, кстати, был сыном нобелевского лауреата по физике Вильгельма Вина и сам тогда был студентом-физиком. Физфак рулит 🙂

Шнейдеру и Вину было всего по 21–22 года.

Результаты экспедиции были совершенно выдающимися. Множество высотных восхождений, 38 первовосхождений. Был исследован и нанесён на карту огромный ледник Музкулак, получивший тогда название Notgemeinschaftsgletscher, нынешний Грумм-Гржимайло. Впервые полностью пройден и исследован ледник Федченко. Огромная часть Центрального Памира была нормально отснята и нанесена на карту. Был измерен 7495-метровый гигант, будущий пик Коммунизма, хотя тогда его приняли за Гармо.

Причём основную картографическую работу сделали именно немцы. Рихард Финстервальдер и Ханс Бирзак таскали фотограмметрическую аппаратуру по вершинам и гребням, делали сотни снимков и постепенно разбирались в орографии огромного, до того почти неизвестного района: где идут хребты, куда уходят ледники и как вся эта гигантская система соединяется между собой.

А из немецких имён на современной карте Центрального Памира, кажется, остался только Фиккер.

Возможно, именно потому, что его в экспедиции 1928 года и не было 🙂

На днях YouTube по контексту внезапно подсунул мне выпуск «Клуба путешественников» 1983 года, где Юрий Сенкевич почти всю передачу посвятил той самой экспедиции 1928 года.

О немцах в передаче не было сказано ни слова 🙁

Листаю немецкий отчёт:

Идут снизу по леднику Notgemeinschaftsgletscher. Долго пытаются найти проходы между трещинами.

Ага, ага…

В самой нижней части Грумм-Гржимайло мы не были, но понятно: значит, там серьёзная зона трещин.

Читаю дальше: цель — пик Ледяная Стена.

Что???

А им-то туда зачем? И это они назвали этот пик Ледяной Стеной? :))

С этой горой у меня своя история. Несколько дней она мозолила мне глаза на горизонте именно своим идеально ровным, длиннющим и равномерно пологим осыпным гребнем от перевала Холодный до вершины. Такая бесконечная тягомотина вверх.

Я ещё обсуждал с ребятами: мол, можно же по-лёгкому сходить на довольно высокую гору. Наверняка кто-то уже первопрошёл, но чёрт его знает кто и когда. И какой шутник назвал её Ледяной?

Хм.

Оказывается, эти товарищи и назвали, и первопрошли! Сто лет назад.

В отчёте они пишут, что назвали гору так за вид её северного склона. Смотрю на старую немецкую панораму: яркий треугольник льда там действительно есть. Только это, похоже, вообще отрог Холодной Стены — тот самый, на который мы сами поднимались. А нынешний пик Ледяная Стена находится с другой стороны перевала и ничем особенно ледяным не примечателен.

При этом по описанию маршрута они явно ходили именно тот длинный пологий осыпной гребень, который ведёт от перевала к нынешней Ледяной Стене.

Так что с названием тут ещё какая-то отдельная топографическая загогулина 🙂

Читаю дальше: на спуске небольшой водопад, поэтому они уходят в отдельный осыпной кулуар и через него спускаются на ледник.

Что???

Это тот самый кулуарчик в обход водопадика, где я мучился в своих кроссовках, потому что не хотел обдирать о камни высотные ботинки?!

Сто лет прошло, а конгломерат и сыпуха всё там же 🙂

Дальше Вин с Финстервальдером спустились с пика, а тут к ним снизу подошёл Шнейдер, который полтора дня в одиночку шарахался по леднику, пытаясь найти товарищей.

Ага, ага…

Сто лет назад. Совершенно неизвестный район. Связи нет. И чувак в одиночку ходит по одному из крупнейших ледников Памира и пытается найти своих.

Дальше Вин со Шнейдером вдвоём идут в верховья ледника.

Знаем. Ходили.

Два дня кажущегося бесконечным движения по леднику: кальгаспоры, реки по льду. Но виды красивые 🙂

Подходят под пик Треуголка, нынешний пик Революции, почти 7000 метров.

Ага, ага, понятно. Там грандиозное фирновое плато на высоте около 5400.

И начинают с ходу восхождение!

Парням, напоминаю, 21–22 года. До этого были только в Альпах. Лезут на почти семитысячник, попадают в лавину, выбираются и продолжают идти вверх. Доходят примерно до седловины 6200, потом ещё лезут на предвершину около 6400 и только там окончательно решают повернуть назад.

Ну вообще нифига себе.

После этого сворачивают заход в верховья ледника и на пару недель уходят вниз.

Потом заходят уже в верховья Федченко и начинают лезть на Фиккера. Причём по маршруту заметно сложнее нашего. С первой попытки не получается, со второй Шнейдер и Вин выходят на вершину.

И на два дня пик Фиккера становится высшей пройденной вершиной Памира.

Дальше к ним присоединяется Альвайн, они переходят под пик Брейтхорн, около 6850 м.

Брейтхорн! Любопытное название. Я многим уже прожужжал уши альпийским Брейтхорном, на который всё собираюсь сходить 🙂

Так, а что это за памирский пик сейчас?

Пик 26 Бакинских комиссаров.

Что???

Специально лезу пересматривать свои фотографии и видео.

Аж нифига себе! Выглядит очень круто и серьёзно. То, что потом будет называться маршрутом Тамма 1957 года, 5Б. Острый длинный скально-снежно-ледовый гребень с огромными карнизами на обе стороны. А северный склон пика вообще весь сверкает ледопадами.

Вот что надо было называть Ледяной Стеной! 🙂

И эти трое его первопроходят за день.

Ну ребята дают.

Фиккер всего два дня держал рекорд высоты восхождений на Памире, пока те же ребята не подняли планку выше.

А ещё через месяц у них будет первое восхождение на пик Ленина, 7130 м. И это будет высочайшая на тот момент вершина планеты, на которую удалось совершить полное восхождение. На Эвересте люди уже поднимались значительно выше, но до вершины ещё никто не дошёл.

Парням 22 года.

Мы, кстати, как-то с другом Антоном залезли в редко посещаемый и холодный угол Тянь-Шаня, с огромными ледниками и ледовыми стенами. Нам было по 21. Сильно глупили, мало боялись, много ходили и вообще думали, что так, в принципе, и надо. Случайно получили свои маленькие географические открытия, позже нашедшие отражение на карте. И ощущения на всю жизнь — бесконечности пространства гор и относительности времени.

Так что я, кажется, начинаю понимать этих парней.

А дальше у Вина и Шнейдера будут Гималаи и Каракорум: Канченджанга, Нанга-Парбат, новые высотные рекорды. Вин в 1937 году погибнет на Нанга-Парбат, уже руководителем немецкой экспедиции.

Легендарные парни, конечно.

Легендарные молодые отморозки 🙂

О нашей экспедиции на пик Фиккера по очень похожему маршруту 100 лет спустя читайте здесь:

Памир. Восхождение на пик Фиккера

Автор Дмитрий Фролов